Малдер подошел к ближайшему стулу и сел.

— Собственно, у нас пока только один вопрос: что здесь произошло?

Последовало тягостное молчание. А затем Восберг, который, видимо, был импульсивнее остальных, мрачно ответил:

— Если коротко — здесь произошел Треп-кос. Доктор Дэниэл Трепкос, руководитель нашей исследовательской группы.

— Это он убил Эриксона? — спросил Малдер.

— Насколько я понял, доказательств, что Эриксон убит, пока нет. О нем известно, что он мертв, и более ничего…

— Тогда расскажите нам все по порядку.

— У Трепкоса поехала крыша после того, как огнеход произвел первый спуск в вулкан. Не знаю уж, какие данные он в результате получил, но крыша у него точно поехала. Он свихнулся, по-моему, уже окончательно.

— И что дальше?

— А дальше он просто удрал.

— Как удрал?

— А вот так. Исчез в одно прекрасное утро и больше не появлялся.

— Вы пробовали его искать? — спросила Скалли.

— Нет, — сказал Восберг — опять после некоторого молчания, обведя сначала глазами всех остальных.

— Почему?

— Доктор Трепкос не слишком любил, когда вмешивались в его дела.

— Однако, здесь ситуация чрезвычайная, — сказал Малдер.

— Ну, в общем, мы его не искали…

— Скажите, а что конкретно могло вызвать такое поведение доктора Трепкоса?

— Вы меня спрашиваете? — Восберг изумленно воззрился на Малдера.

— А кого же?

— Расследование — это, по-моему, как раз ваше дело. Вы же из ФБР, вот и выясните, что тут случилось…

Джесси, молчавшая до сих пор, сказала все с тем же отчаянием в голосе:

— Дэниэл был больным. У него было разобщение функций полушарий мозга. Ничего опасного, у людей талантливых такие нарушения встречаются сплошь и рядом. Кстати, мы все здесь прекрасно знали об этом. Дэниэл не то чтобы кричал об этом на каждом углу, но ц особого секрета из своей болезни не делал.